• Сегодня: Воскресенье, Сентябрь 24, 2017

 

Путешествие   24 ноября 2010    263

С ветерком прокатиться по Колыме

С ветерком прокатиться по Колыме
Под покровом белых ночей команда сибирских и дальневосточных экстремалов на трех самодельных амфибиях прошла более 5000 км по суше, а затем, преодолев на них 1750 км по Колыме, вышла в Северный Ледовитый океан…

Точкой старта была выбрана столица Республики Саха (Якутия). Команда собралась в большей части проверенная в совместных путешествиях по Колымскому краю и пустыне Гоби. Все три амфибии прошли домашние предварительные испытания: «Авось» тестировали на Обском водохранилище, «Стремительный» – на Амуре, а «Наутилус» делал заплыв по Иртышу. Но по просьбе якутских друзей, которым хотелось своими глазами убедиться, что наши машины могут плавать, устроили показательный тест-драйв на Лене, прямо на центральном пляже. Спускать на воду решили «Стремительный». Из походного шоссейного варианта в водоплавающего он превращается всего за час. Чуть подробнее о понтонах. Они изготавливались на заказ в Новосибирске. Каждый состоит из нескольких секций и способен выдерживать до 6 тонн веса. Так что если даже один из «бананов» и оторвется, то машина лишь «подтонет», но не уйдет полностью под воду.

На торжественном «приеме» в яранге: без изысков, но гостеприимно

Местный холодильник – ледник в бухте Амбарчик

«ДОРОГА НА КОСТЯХ»
По пути в Магаданскую область довелось пересечь два района Якутии и повидать немало впечатляющих мест. Например, в поселке Чурапчы посетили место, где якуты отмечают праздник Ысех (якутский Новый год). В поле установлены обрядовые ворота и много строений, что-то вроде чумов (только из деревянных жердей).

А у переправы через реку Алдан, от поселка Хандыга, начинается «Дорога на костях» – магистраль, построенная руками заключенных ГУЛАГа. Дорога, которая была буквально выгрызена людьми в скале и вечной мерзлоте киркой, кайлом, а то и вовсе голыми руками.

На входе в бухту Амбарчик установлена Роза ветров

ПО СЛЕДАМ «КОЛЫМСКИХ РАССКАЗОВ»
Восточная Якутия – очень красивое место. Вокруг суровые и величественные пейзажи, один Верхоянский хребет чего стоит. Дорога петляет среди скал, и вскоре начинаются так называемые прижимы. Это когда над тобой нависает огромная постоянно осыпающаяся скала, а внизу ущелье на несколько сотен метров и река. Нам повезло – погода стояла сухая, а значит, вероятность оползней и камнепадов сильно снижалась.

На выезде из республики в небольшом населенном пункте Артык наткнулись на пост ДПС и гаишника в трико и футболке. Проверять у нас он ничего не стал, лишь записал данные в журнал и открыл шлагбаум в Магаданскую область.

Детский сад в тундре

…На третий день встали ночевкой на берегу реки Кюбеме. Это место описано в «Колымских рассказах» Варлама Шаламова. Здесь он работал санитаром в лагерной больнице. Сама лагерная зона не сохранилась, нетронутым остался лишь ледник, не тающий даже в самое жаркое лето. По-якутски он называется тарын. А всего в нескольких десятков километров находится брошенный город Кадыкчан. Больше десятка пятиэтажек, школа, два ресторана. Еще пять лет назад здесь жили люди, но в одночасье шахту закрыли, и государство отказалось содержать поселок – в том числе и обеспечивать ему отопительный сезон. Для Колымы, где зимой мороз достигает 50 градусов, пожалуй, ничего хуже не придумаешь.

ПОД АНДРЕЕВСКИМ ФЛАГОМ
Сеймчан переводится как «солнечное место». Хотя уместнее было бы  назвать «комариным». Таких москитов, как здесь, я не встречал нигде. Если на «материке» комары обычно предупреждают о своем приближении писком, то колымские втыкаются в тебя с уже расправленным жалом. Здесь родился рационализм по-колымски. Зачем убивать одного комара? Подожди пару секунд и убей сразу десяток.

Как эти немецкие бочки, датированные 1943 годом, оказались в низовьях Колымы?

Несмотря на долгую дорогу, парни с ходу стали разгружать багаж и готовиться к строительству плота, который будет служить плавсредством для группы поддержки. Тут-то и разгорелся жаркий спор. Как и из чего его строить? Каждый из участников экспедиции опытный джипер, но никак не мореплаватель и уж тем более не корабельных дел мастер. В итоге сошлись на деревянной конструкции, основой которой послужат четыре «банана». Закипела работа, застучали топоры. Не занятые на «верфи» стали готовить машины к спуску на воду. Новосибирцы выменяли у местных «Казанку», чтобы погрузить в нее бочки с бензином. Народ подшучивает, мол, не может «Авось» без прицепа. И вот долгожданный момент. Надуваем понтоны, устанавливаем транец, водружаем на него новенький 30-сильный двигатель Suzuki. Поднимаем Андреевский флаг (флагшток соорудили из спиннинга) и выходим на рейд. Водная часть экспедиции началась!

ПЕРЕКАТЫ, РУКАВА…
Весь запас топлива (400 литров) на участке до Зырянки мы взяли с собой на борт, из-за чего «бананы» заметно просели. Пришлось подкачивать их на ходу. Эти первые 600 километров стали тестовыми. На них мы научились проходить перекаты, садиться на мели и сходить с них, читать реку и пользоваться створами. Первый перекат, а вместе с ним и мель попались буквально через 500 метров после старта. Сели все! Пришлось заводить двигатель, буксовать колесами, а потом и вовсе лезть в воду и помогать руками. На всякий случай сложили все самое ценное и аппаратуру в непромокаемый кейс. Не успели научиться справляться с одной бедой, как нагрянула новая  – «не те рукава»! Основной поток то и дело разделяется на несколько речек, каждая из которых с сильным течением. Если не успеешь уйти в главное русло, то в лучшем случае окажешься на мели. В худшем же попадешь в протоку, которая наверняка закончится тупиком в виде завала. А против течения наши амфибии идти не способны. Интересный, а главное, действенный способ борьбы с сюрпризами реки нашла команда «Стремительного».  Если кого-то выносило на мель или сам «Стремительный» не справлялся с течением, ребята просто выезжали на берег или галечную отмель, возвращались по берегу вверх по течению и снова заходили на трудный участок, более внимательно оценив сложную гидрологическую обстановку.

Больше всех приходу людей с «большой земли» радовалась колымская детвора!

КОЛЫМСКАЯ ЖАРА
Оказалось, что спать на Колыме хоть в палатке, хоть в машине можно максимум до 6 утра. Потом невидимая рука включает рубильники и начинает жарить солнце. Поэтому подъем в лагере всегда ранний. Днем тоже жарко – плюс 30. Народ купается и загорает. И это на Колыме-то! А места вокруг диковинные, ни души. Один раз даже попался лось, переплывающий реку прямо перед машинами. Оказывается, лось – тоже амфибия! Запомнился Сугойский кривун – река делает изгиб на 180 градусов сначала влево, а потом на 180 вправо. И еще Колымские столбы, где-то посередине между Сеймчаном и Зырянкой. Чем-то похожи на красноярские, только гораздо ниже. За счет бурного течения в верховьях скорость движения достигает порой 15 километров в час – вроде неплохо, но из-за частых перекатов суточный километраж явно хромает. Всего же на прохождение 600-километрового участка нам понадобилось шесть суток. 

Суровая заполярная красота

ПОЛЯРНЫЙ КРУГ
В Зырянке пополнили запасы продовольствия (брали в основном сладкое, так как перешли исключительно на уху из свежепойманной рыбы) и топлива и сразу отправились дальше. Надо нагонять график. Русло Колымы расширилось, волна стала сильнее, а средняя скорость упала до 6 км/ч. Чтобы окончательно не выбиться из расписания, принимаем решение двигаться круглосуточно. Благо белые ночи позволяют держать курс, да и перекаты закончились. Границу Северного полярного круга пересекали рано утром, но температура при этом была явно южная – плюс 35! Впрочем, все местные говорят, что с погодой нам повезло исключительно – солнце и штиль в этих краях большая редкость.

В ГОСТЯХ У ЧУКЧЕЙ
Короткая остановка в Среднеколымске. Передохнули,  походили по суше, обозрели окрестности и опять на север. Уже плюс 38, и каждый экипаж оборудовал себе походную купальню. Регулярно попадаются моторные лодки с местными жителями, которые то и дело норовят поделиться уловом. Отказываемся  – рыбу мы и сами теперь без труда вытаскиваем. Многие рыбаки, кстати, протирали глаза, глядя, как по реке плывет «уазик».

Колыма разлилась настолько широко, что практически не видно берегов. Через пару дней дошли до села Колымское. Это место компактного проживания чукчей в Якутии. Существуют они исключительно благодаря оленям и рыбалке. Сотовой связи нет, но все ходят с трубками домашних радиотелефонов. В Колымском самая крупная национальная община и масштабы животноводства соответствующие – стадо насчитывает 16 тысяч голов. Летом оленей гоняют на пастбища аж к берегам Восточно-Сибирского моря. Там, говорят, для животных климат более подходящий, не так жарко. Купили у чукчей 15 килограммов оленины, так что вечером был настоящий пир.

Крест в память о жертвах ГУЛАГа

На подступах к Черскому нас встречала лодка ГИМС. Оказывается, народная молва бежит впереди экспедиции. Но не успели причалить в поселке, как вместо долгожданного отдыха приказ: «В путь!» По прогнозу скоро будет шторм, поэтому нужно успеть.

ОКЕАН!
Для подстраховки взяли провожатого на буксире с расчетом, что при возвращении он вытянет амфибии против течения. От Черского (порт Зеленый Мыс), хоть он и находится в 116 километрах от побережья Северного Ледовитого океана, начинается морская навигация. Правда, и Колыма тут уже мало похожа на реку – ширина 12–15 километров, а волна ощутима даже в штиль. И кругом мели. Суда типа «река-море» ходят здесь исключительно под руководством местного лоцмана. Понять же, где заканчивается река, а где начинается море, трудно. Пробовали воду на вкус, тоже не помогло. Но вот в поле зрения появились бухта Амбарчик и метеостанция! И уже через час «шхуна» «Авось» коснулась колесами берега, а следом «заземлились» «Наутилус» и «Стремительный». Праздновали по всем правилам – обливание шампанским, коллективное фото на память и, конечно же, забег-заплыв в воды Северного Ледовитого океана!

Среднестатистический колымский улов

ОТДЫХ В АМБАРЧИКЕ
На советских картах Амбарчик обозначен как поселок. Сегодня это полярная метеостанция. Работают здесь всего четыре человека. Мы заглянули буквально на 15 минут, но пока болтали, разыгрался настоящий шторм. Стало ясно, что сегодня уже никуда не выходим, поэтому баня, ужин и долгий сон… С 1932 по 1954 год в бухте Амбарчик был один из лагерей системы ГУЛАГ. Заключенные работали на перегрузке угля с морских судов на речные, которые затем везли его вверх по Колыме для нужд все тех же лагерей. С тех пор осталось много деревянных полуразрушенных построек. Еще на всем побережье валяются сотни бочек. Среди них встретились даже немецкие 1943 года. То ли они из-под трофейного топлива, то ли это следы экспедиций, которые Гитлер и Геббельс якобы посылали в акваторию Северного Ледовитого океана на поиски «арийской Атлантиды».

Командор-капитан «шхуны» «Авось»

 А в трех километрах от метеостанции встали чукчи-оленеводы. Те самые, кочующие из села Колымское. Кстати, суп со свежей олениной очень напоминает «утку по-пекински»! Мясо, юшка – отдельно…

ШТОРМОВОЙ ФИНИШ
Сутки спустя установилась относительно благоприятная погода, и мы засобирались в обратный путь. Первым вышел «Наутилус», следом «Стремительный», а вот у «Авоси» возникла заминка из-за неполадок с винтом, и пришлось задержаться на 1.5 часа. Это-то и стало началом целой череды проблем. «Наутилус», думая, что его догонят, ушел далеко вперед. А через пару часов погода испортилась. Туман, шторм, ветер! Ночь хоть и белая, но видимости никакой. Качка… В итоге потеряли друг друга из вида, да к тому же остались без нормальной связи. А у входа в устье Колымы сели на мель… Встретились лишь через 12 часов и, зацепившись за баркас (кроме «Наутилуса», который сам гордо шел параллельным курсом против течения),  благополучно вернулись в Черский, где нас встречали как настоящих покорителей Колымы!


АМФИБИЯ «НАУТИЛУС»


Базой для «Наутилуса» послужил микроавтобус «УАЗ». Впрочем, от стандартной «буханки» тут мало что осталось. Коробка передач и раздатка Isuzu Trooper, двери заварены и промазаны толстым слоем гудрона, им же покрыто и днище. Вход-выход через люк на крыше либо через верхние створки боковых дверей. Для антуража вместо окон – иллюминаторы. Для сплава по Колыме Александр выбрал «УАЗ» неспроста. Во-первых, у него большое водоизмещение и хорошая гидроизоляция. Во-вторых, удалось с комфортом обустроить спальный отсек на троих.

АМФИБИЯ «АВОСЬ»

Этот HiLux купили на рынке, в абсолютно сыром состоянии, с половиной неработающих узлов и агрегатов. Зато кузов пикапа позволял воплотить едва ли не любые фантазии. Работу начали за два месяца, времени в обрез, но задача при этом стояла максимальная – создать не просто амфибию, а целый дом, комфортный для длительного путешествия. И у новосибирцев это получилось! Тут было все: и рубка капитана, и GPS-навигация, и 220 вольт, и спутниковое телевидение, и даже водопровод! А единственная женщина в нашей экспедиционной компании – Валентина Куликова – даже оборудовала на корме походную кухню и по утрам жарила блины.


АМФИБИЯ «СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ»

Из всех средств передвижения экспедиции это самое спартанское. Рулить приходилось стоя, а спать сидя. На большее места в «Сурфе» 1988 года выпуска попросту не нашлось, поскольку все остальное пространство оказалось занято вещами и топливом. Впрочем, его командир Артем Канивец, в прошлом танкист, по-армейски сделал ставку на надежность. Свою амфибию он строил с пятикратным запасом прочности, чтобы она могла выдержать настоящий морской шторм. И «Стремительный» не подвел. Правда, вопреки названию, скоростными качествами похвастаться не мог.

УЧАСТНИКИ ЭКСПЕДИЦИИ «ШИНТОП-ТРОФИ – 2010. ОТ ТИХОГО ДО ЛЕДОВИТОГО»:

«Стремительный», Toyota Surf, Артем Канивец (Находка), Артем Царев (МО); «Авось», Toyota HiLux, Игорь и Валентина Куликовы, Александр Сухарев (Новосибирск); «Наутилус», УАЗ-3962, Александр Чертков, Евгений Алехин (Омск), Алексей Елаш (Хабаровск); группа поддержки – Дмитрий Царев, Андрей Голик, Александр Гримм, Александр Корягин (Владивосток), Александр Холянов (Канада).