• Сегодня: Суббота, Декабрь 15, 2018

 

 
Путешествия   22 июля 2018   

Кругосветное путешествие. Иордания

В 2016 году в нашей кругосветке возник вынужденный перерыв, и появилось время более внимательно заняться планированием маршрута. Проанализировав его ещё раз, я пришёл к выводу, что мы как-то вскользь проходим Африку.

Да, можно попасть в Тунис, Алжир и Марокко, но ведь это только малая часть континента. В общем, маршрут был перечерчен как минимум до ЮАР, а если всё сложится, то и в Европу мы вернёмся, поднявшись по западному побережью Африки. И вот через уже знакомый Иран мы добрались до Объединённых Арабских Эмиратов, а дальше начались сложности.

Как мы ни крутили карту, всё равно получалось, что попасть в Египет (а с него планировалось начать путь по восточной Африке) было непросто. Войной охвачены Сирия и Ирак, а значит дорога в Иорданию через них заблокирована. Можно зайти со стороны Алжира и Туниса, но тогда придётся пробираться через воюющую Ливию. Спускаться чуть ниже и ехать через Нигер и Чад нам тоже не хотелось — там слишком сильны позиции исламистов. Оставался вариант проезда из ОАЭ через территорию Саудовской Аравии до Иордании. Маршрут через Саудовскую Аравию был интересен по нескольким причинам. Во-первых, время. Нужно всего трое суток, чтобы пересечь страну на автомобилях, тогда как переправка их морем до Иордании занимает пятнадцать дней. Во-вторых, деньги. Проезд получался значительно дешевле транспортировки морем или сушей. Ну и наконец, тривиальное «мы здесь были» — здорово отметиться в новой стране. При этом мы понимали, что с точки зрения впечатлений Королевство выглядит не слишком привлекательно. Самое интересное что здесь есть, это Мекка и Медина, где находятся главные святыни мусульманского мира, но немусульманам вход в эти города всё равно закрыт. В остальном культурное наследие весьма и весьма скудно. Большая часть страны — это безлюдные пустыни, немного гор и нагорья. К тому же шансы получить визы невелики (тот же Артемий Лебедев, например, получал визу в течение пяти лет). Но время было, и мы решили попробовать.

 

 

Поход в Петру. Вся команда в сборе!

 

ЧТО ТАКОЕ САУДОВСКАЯ АРАВИЯ

Страна, занимающая большую часть Аравийского полуострова и состоящая в основном из пустынь Руб Эль Хали, Большого и Малого Нефуда, граничит с ОАЭ, Оманом, Катаром, Йеменом, Сирией и Иорданией. На востоке омывается Персидским заливом (или, как говорят арабы, «Арабским заливом»), на западе — Красным морем. На протяжении веков здесь жили многочисленные племена, зачастую сильно враждующие друг с другом. После их объединения пророком Мухаммедом под зелёным флагом ислама началась эра великих арабских завоеваний, распространившая ислам на территории от отрогов Гиндукуша до марокканского Магриба. В XVIII веке разрозненные территории собирает в единое целое Ад-Дирийя Мухаммад ибн Сауд, который берёт в союзники аль-Ваххаба, основателя одной из самых радикальных трактовок ислама — ваххабизма. Ещё в начале XX века территория полуострова находилась под контролем Османской империи. Англичане, будучи в состоянии войны с Турцией во время Первой мировой, всячески старались её ослабить, помогая арабам изгнать турок с полуострова. Этому, кстати, посвящена эпичная голливудская лента «Лоуренс Аравийский». Нынешнее государство образуется в 1930-х годах и, открыв несметные нефтяные богатства, становится стратегическим партнёром США. Светские реформы давались Саудии нелегко. Консервативное, радикально настроенное общество многое воспринимало в штыки. К примеру, приход в страну телевидения стоил жизни королю Фейсалу, одному из самых уравновешенных и прогрессивных правителей Аравии в ХХ веке. Один из членов королевской семьи не смог смириться с моральным разложением, которое, по его мнению, должно было принести телевидение, и попросту застрелил Фейсала на одном из мероприятий. Сегодняшняя обстановка не намного проще. В стране идёт борьба за власть. Формально государством правит уже немолодой король Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд, но фактически большая часть полномочий находится у молодого и очень амбициозного принца Мухаммеда бин Салмана, которому противостоит мощное консервативное лобби, противящееся любым переменам. Принц горяч. Это он жёстко наказал Катар за его связь с Ираном, отрезав все наземные коммуникации, и вынудил несколько десятков бизнесменов перевести в бюджет 89 млрд. долларов, обвинив их в коррупции и, по сути, взяв в заложники. А недавно, ввязавшись в войну в Йемене, саудиты получили не только головную боль, но и периодические обстрелы Эр-Рияда ракетами.

 

КАК МЫ ГОТОВИЛИСЬ

Визит и звонки в посольство Саудовской Аравии в Москве ничего не давали: оформить можно было только деловую визу или визу паломника на хадж. Но для деловой требовалось приглашение саудовской стороны, не говоря уже о том, что стоит она от 500 долларов и выше. Туристическая виза отсутствует как класс. Остаётся только транзитная, на 72 часа. Вот её-то мы и попросили. После письма в МИД РФ с просьбой о содействии, мы начали контактировать с посольством России в Эр-Рияде, которое написало ноту в Саудовский МИД. Через три недели саудиты прислали список требуемых документов и формы для заполнения анкет. Мы были воодушевлены! Помимо стандартного в таких случаях набора в виде анкеты, фотографий, копий паспортов и описания маршрута, требовалась медицинская справка, подтверждающая отсутствие СПИДа, гепатита, менингита, энцефалита и хронических заболеваний. Причём всё следовало перевести на арабский и заверить нотариально. Собрав документы, мы отправили их в посольство, но, увы, саудиты так и не ответили ни на одну ноту, призывающую продолжить процесс… Не получив результата после года ожидания, доехав до Дубая, мы заручились поддержкой здешнего русского консула Гочи Левановича и вице-консула Ильи Александровича и попробовали подать документы в Саудовское посольство уже в Дубае. Однако, несмотря на все усилия российских дипломатов, нас сразу развернули, объяснив, что у них нет полномочий решать подобные вопросы. Но мы не теряли надежды. На обратном пути из Омана мы поехали не в Дубай, а в Абу-Даби, где находится саудовское представительство рангом выше — посольство Королевства Саудовская Аравия. В нём, кстати, моментально проникаешься саудовской ментальностью: всё происходит неторопливо, чинно и спокойно. Часы работы: с 9 до 12 и с 14 до 15. Четыре рабочих часа и пара часов на обед, чтобы выпить чаю. После прохода через охранника мы оказались в небольшом зале, где стояло штук двадцать кресел. Кроме нас — ни души. За стеклом иногда проплывал человек в белых одеждах, не обращавший никакого внимания на нашу отчаянную жестикуляцию. Минут через десять нам, наконец, удалось привлечь внимание одного из сотрудников. Он долго нас слушал, но, похоже, знание английского не было его сильной стороной. Мы попросили встречи с консулом, и через полчаса нас пригласили в кабинет.

Надо сказать, наш визит удачно совпал с приездом саудовского короля в Москву. На этой волне мы воодушевленно пообщались с консулом, мистером Мансуром, и попросили выдать нам самую простую транзитную визу на три дня, чтобы просто пересечь страну (около 1800 километров) по дороге из ОАЭ в Иорданию. Мистер Мансур задумчиво кивал и в итоге сказал, что, в принципе, это можно сделать. На всё про всё уйдёт месяц-полтора, нужно только заполнить и сдать документы. После предоставления справок (переведённых и заверенных) посольство попросило перевести на арабский язык письмо российского консула, написанное по-английски, а заодно и наше сопроводительное письмо, также с английского на арабский. Далее потребовалось предоставить: документы на машины с переводом, карту движения с переводом, подтверждение членства в YHA, заверить наши уже переведённые и заверенные в Москве медсправки сначала в русском посольстве, потом в дубайском нотариате, а затем в самом саудовском посольстве. Всё это, разумеется, не бесплатно. При каждом новом требовании наш представитель мчался из Дубая в Абу-Даби (100 километров в одну сторону), иногда по нескольку часов дожидаясь приёма. За три месяца он девять раз сгонял в Абу-Даби, надеясь, что когда-нибудь это закончится. Однако каждый раз появлялись всё новые и новые требования. Тем временем неумолимо приближалось 15 января, та самая дата, на которую планировался въезд в Королевство. Во время очередной попытки получить ответ в посольстве развели руками и сказали, что ждут подтверждения. Наступило 14 января, мы прилетели в Абу-Даби, но ничего не поменялось. Наим, сотрудник посольства, сразу нас узнал, но всё так же развёл руками: «Ждём подтверждения, документы у вас в порядке…» Времени и надежд не осталось, и мы начали планировать отправку машин на автовозе или по морю. При этом я на всякий случай продолжал звонить Наиму, чтобы узнавать новости. «Приезжайте в посольство, поговорите с консулом. Это важно!» — по нескольку раз повторял Наим. С одной стороны, я понимал, что это не принесёт пользы, но после четвёртой просьбы поехал. И вот мы снова в том же тихом и неторопливом посольстве. Нас встречает Наим и говорит, что сейчас же идёт к консулу. Через минуту он возвращается со словами: «Консул сказал, пусть ваш русский консул позвонит в Эр-Рияд и поторопит их…» И зачем нужно было ехать? Кстати, связь с большим бизнесменом в Саудии тоже не дала результата: «На самолёте пожалуйста — хоть завтра пришлю приглашение. А вот на машине сложно…» Вообще саудиты не говорят нет, они просто бесконечно тянут время, до тех пор, пока ты сам не откажешься от своей идеи. Но в нашем случае благодаря звонкам послов мы всё-таки получили определённый ответ: «Вам отказано в визе по причине неспокойной обстановки с Йеменом и обстрелами Эр-Рияда». Ну, теперь понятно…

 

 

Монастырь Ад-Дэйр, завершающий этап
четырёхчасового пути через всю Петру

 

На сегодняшний день Королевство Саудовская Аравия остаётся достаточно закрытой страной, особенно для путешественников, и что особенно важно, для авто- и мотопутешественников. А тут ещё война в Йемене и сильная внутриклановая борьба — властям просто не до туризма. Пересечение границы на своей машине выглядит по меньшей мере странно. И если за рулём, скажем, американец, это ещё как-то можно понять — он саудовский союзник. А вот как быть с русскими — совершенно непонятно, и это дополнительная сложность. По большому счёту возможность попасть в Саудию всё равно остаётся. При получении бизнес-визы нивелируются риски отказа из-за въезда на собственном транспорте. А с 2018 года власти решили начать выдачу туристических виз. Правда, это будет несколько позже и коснётся в основном граждан Северной Америки, Европы, Южной Кореи и Японии. России в списке нет, но, я полагаю, это вопрос времени.

 

ДОЛГИЙ ПУТЬ В ИОРДАНИЮ

Впрочем, мы заранее знали, что отказ в визе вполне вероятен, поэтому параллельно готовили альтернативные маршруты. Было решено, что следующей страной станет Иордания. Она транспортно доступна (морской порт Акаба), непосредственно граничит с Египтом и Израилем и, что немаловажно, достаточно нейтральна в отношениях с еврейским государством (границы открыты, дипломатические отношения в норме). По нашей задумке, мы должны были получить машины в Акабе, проехать через Иорданию, попасть в Израиль, затем вернуться в Акабу, оттуда на пароме переплыть в египетский порт Нувейба, а оттуда через Дахаб и Шарм-эль-Шейх выбраться на большую египетскую землю, фактически на африканский континент. При этом рассматривалось два варианта транспортировки машин до Акабы: на трейлерах (до пяти суток) и контейнером (около пятнадцати дней). Цены были вполне сопоставимые. Но уже в процессе обсуждения выяснилось, что для перевозки автомобилей в контейнерах они должны быть абсолютно пустыми — никаких вещей. Нужно было снять даже установленные на Toyota FJ и одном из Hilux палатки и отправлять их отдельно. По нашим оценкам, вес этого дополнительного оборудования перевалил бы за полтонны, и не совсем понятно, сколько за него пришлось бы заплатить. Мы остановились на контейнерной перевозке вместе со всем содержимым. После расчётов выяснилось, что две машины поместятся в один 40-футовый контейнер, и ещё одна в — 20-футовый High cube (контейнер с увеличенной высотой). На следующий день мы оставили машины на территории дубайского порта Джебель-Али. С учётом графика движения судов следующий контейнер прибывал через несколько дней. Его маршрут лежал через саудовскую Джидду до Иорданской Акабы, то есть с момента отправления до момента прибытия должен был пройти двадцать один день.

 

 

Где нельзя на машинах, можно на верблюдах. Дорога через Петру

 

ВЕЛИКОЕ АКАБСКОЕ СИДЕНИЕ

«Привет, земляки! И шо, как дела?» Сквозь сизый табачный дым офиса одной из транспортный компаний в центре Акабы на меня смотрел улыбчивый араб. Русская речь с явным одесским акцентом ввела меня в ступор. «Э-э-э, а ты сам откуда?» — наконец выдавил я, и все известные мне арабские слова моментально испарились из головы. «Да я местный, просто папа у меня иорданец, а мама с Одессы. Я там родился и прожил много лет, а сейчас здесь работаю…» Парня звали Ферас и он был директором компании, в которую мы обратились. Длительность процесса оформления и цена были вроде бы понятны. Ферас познакомил меня с Мохаммедом, который должен был с нами работать. Мохаммед вполне прилично говорил по-английски и честно предупредил, что это может занять больше одного дня. Но уже через несколько часов мы поняли, что даже два дня — слишком оптимистичный срок. Дело в том, что наш индийский отправитель Викрант сделал только один коносамент, в котором получатель всех трёх машин — я, а по иорданским правилам это недопустимо. Поэтому нам придётся разделять коносаменты, но делать это нужно в несколько шагов. С этого самого момента началось наше «Великое акабское сидение». Далеко не в первый раз нам приходится ждать — и ждать долго. Недельное ожидание в 2013 году в Китае мы назвали «Великим тибетским сидением», трёхнедельное ожидание выезда машин из Азербайджана — «Великим азербайджанским сидением», теперь вот «акабское». Мы ездили в порт, ходили на таможню, переводили на арабский документы, делали страховку, переделывали перевод… И постоянно требовались всё новые и новые деньги. Видя, как я переживаю, Мохаммед пытался меня успокоить и периодически начинал разговор со своей любимой фразы: «You know yanni…» (знаешь, дорогой…). Тем временем подошли выходные, и всякое движение замерло. Чтобы не сидеть на месте, мы отправились в пустыню Вади-Рам, где снималось много художественных фильмов. Лично мне больше других нравится уже упоминавшийся «Лоуренс Аравийский» 1962 года, с Питером О’Тулом и Омаром Шарифом. На арендованных машинах мы добрались до одного из отелей, находящихся прямо в пустыне. Он был красиво стилизован под стоянку бедуинов, только со светом, водопроводом и кучей удобств — мы почувствовали себя обычными туристиками…

Все последующие дни прошли в бесконечной документальной суете. Мы продолжали что-то оформлять, подписывать, доносить, доделывать, доплачивать. Мохаммед и его помощники без устали носились между офисами, и казалось, процессу не будет конца. И вот, наконец, мы распаковываем контейнеры. С чувством огромного облегчения мы увидели, что машины дошли в целости и сохранности. К нашему счастью, таможенный досмотр оказался простой формальность, пожилой таможенник весело и без перерыва о чём-то разговаривал с портовыми служащими и почти ничего не просил открывать и показывать. Вскоре акт досмотра был подписан, и мы выгнали машины на улицу. Наступило утро четверга — последнего рабочего дня недели (в Иордании, как и во многих арабских странах, пятница и суббота — выходные дни, а воскресенье — рабочий). Состояние команды нервное: мы уже потеряли неделю, и если сегодня не получится всё закончить, то процесс удлинится ещё дня на два. Дело усложнялось тем, что от Aqaba Logistic Village, где находятся наши машины, до таможенного управления около 20 километров горной дороги. Рабочий день таможни заканчивался в три часа дня. К полудню напряжение возросло, но Мохаммед со своими коллегами продолжал бегать от одного окна к другому и ставить несметное количество подписей и печатей. В половине третьего, документы были готовы, мы запрыгнули в микроавтобус Мохаммеда и помчались в порт. Мне кажется, в последний раз я так сильно чего-то ждал только в детстве. На таможенном складе всё оформлено и оплачено, но нам почему-то не открывают ворота. Мохаммед улыбается: «Алекс, успокойтесь, вы сегодня получите свои автомобили». Начальник смены собственноручно крепит специальные номерные бирки к двигателю каждой из машин (по замыслу иорданской таможни, это не позволит нам продать моторы отдельно). На выезде из страны бирки будут проверять… За пятнадцать минут до закрытия таможенного склада мы выезжаем. Мы на свободе!

 

 

Центр Акабы и неспешная арабская жизнь.
Основной принцип арабской ментальность — неторопливость

 

ПО ИОРДАНИИ

Двигаться по Иордании на машинах очень комфортно. Основная трасса страны проходит от Аммана до Акабы. Дорога хорошего качества, с разметкой, радарами и периодическими блокпостами. Не стоит забывать, что соседи Иордании — не самые спокойные люди. По ту сторону реки Иордан лежит Палестина, точнее, та её часть, которая часто фигурирует в новостях как «западный берег реки Иордан». Севернее и южнее — граница с Израилем, а на самом севере Королевство граничит с объятыми войной Сирией и Ираком. Как правило, остановки на блокпостах заканчиваются общим весельем. Первый вопрос почти всегда один и тот же: «А вы вообще откуда?» Мы заученно отвечали, что мы из России и едем вокруг света. Никто не рвался открывать багажник, разве что иногда спрашивали, куда мы едем. К русским здесь относятся неплохо, и сложностей обычно не возникает. Единственное место, где нас внимательно досматривали, это въезд в Aqaba free zone — особую экономическую зону Акабы. Мохаммед рассказывал, что на этой территории действует специальный налоговый режим, позволяющий ввозить многие вещи по низкой цене, поэтому на въезде и выезде всегда проверяют.

 

ПЕТРА

Фотография храма Эль-Хазне Набатейского царства — такая же визитная карточка страны, как Кремль в России или Эйфелева башня во Франции. Петра — древний город, основанный ещё до нашей эры. Проход в долину лежит через узкий каньон Сик, где в скалах высечен древний город. Добраться сюда достаточно просто — как из Аммана, так и из Акабы. Места очень туристические, но снимать коптером нельзя, о чём предупреждает специальный плакат на входе. Правда, есть один смелый приём, с помощью которого запрет можно обойти. Для этого нужно всего лишь оказаться здесь до открытия главного входа. В шесть утра там никого нет, и можно проскользнув через турникет, снять всё величие Набатеи с воздуха, что и сделала наша команда. Весь путь от начала до конца долины занимает около трёх часов. Всё это время вас атакуют местные продавцы песка, сувениров, камней, поездок на верблюдах, ослах, лошадях и бог знает чего ещё. И у всех повальная мода без конца повторять «No business today, I sell it very cheap for you» (не идёт сегодня бизнес, задёшево тебе продам). В самом конце город заканчивается монастырём Ад-Дэйр, схожим по великолепию с Эль-Хазне. В общем, несмотря на всю туристическую начинку, в этом месте надо побывать.

 

МЁРТВОЕ МОРЕ

Ещё одно место, которое обязательно нужно посетить. Конечно, слово «море» по отношению к этому странному водоёму вызывает улыбку. На той стороне — уже Палестина (или Израиль — откуда смотреть), её видно невооружённым глазом. Расстояние до другого берега — всего пара десятков километров в самом широком месте, зато в длину Мёртвое море простирается на 67 километров. В нём непременно надо искупаться, только берегите глаза — попавшая в них сверхсолёная вода вызывает крайне неприятные ощущения. А вот утонуть здесь сложно — вода будет держать на поверхности, даже если вы не станете предпринимать никаких усилий.

 

 

Один из самых счастливых моментов экспедиции —
мы получаем машины прибывшие из Дубая

 

ДОРОГА В ИЗРАИЛЬ

В планах четвёртого этапа три места вызывали наше особое беспокойство: проезд через Саудию, въезд в Израиль и пересечение Синая. Саудия так и осталась закрытой, на очереди был въезд в Израиль. Несмотря на длительное исследование темы, мы так и не смогли найти внятных свидетельств того, что путешественники на собственном автотранспорте добирались до Израиля. Все походы в израильский культурный центр и написание писем сводились к каким-то общим рассуждениям, типа «а давайте попробуем». Когда всё это изрядно надоело, я просто позвонил в посольство Израиля в Москве и задал прямой вопрос: «А мы сможем въехать к вам на машинах с русскими номерами?» «Приезжайте, проблем не вижу», — последовал ответ, после чего я перестал сомневаться. Иорданская Акаба и израильский Эйлат, по сути, города-близнецы. Выглядят они как один город на побережье, который разделяет граница, и с территории Акабы просматривается весь Эйлат, точно так же как с территории Эйлата — Акаба. За пару часов мы прошли иорданский КПП, на котором было традиционно неспешно: кто-то ушёл пить чай, кто-то просто не торопился… И вот всё оформлено, и мы с некоторым трепетом выехали на буферную территорию — пустят — не пустят? Сразу развернут или задержат и будут выяснять? Мы настроены на жёсткий вариант. Тем более что в моём паспорте иранская виза, а значит допрос гарантирован. Строже израильской, полагаю, только граница Северной Кореи. Через несколько сотен метров уже виден укреплённый КПП, носящий имя Ицхака Рабина, над ним развевается флаг со звездой Давида. Навстречу нам двинулся вооруженный человек. Мы ещё далеко, но даже отсюда видно, как странно он одет. Это как будто не военный, а какой-то рэпер с автоматом. На нём нет формы — похоже, он одет в своё, в то, что ему нравится. Вскоре он подошёл к моей машине, и мы услышали то, чего меньше всего ожидали: «И шо мы тут беспределим?..» Что ж, подумали мы, похоже, в Израиле будет интересно…

 

Текст Алексей Камерзанов
Фотографии Автора и участников экспедиции

 

Метки:

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Отправить другу