• Сегодня: Воскресенье, Сентябрь 23, 2018

 

 
Путешествия   1 сентября 2018   

Путешествие. Дагестан

В конце мая состоялась очередная, уже седьмая по счёту, автомобильная экспедиция Школы культурологии национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» «Культурные эффекты границы». В этом году она прошла при поддержке журнала «Клуб 4х4» и компании «СУЗУКИ МОТОР РУС»

Комфортные салоны Suzuki Vitara и Suzuki SX4 с отличной звукоизоляцией стали для участников экспедиции настоящими мобильными коворкингами. В пути в них обсуждали исследовательские проекты, разбирали исторические источники, анализировали полученные результаты. Но это не значит, что автомобили просто превратились в компактные студенческие аудитории, им пришлось пройти суровую внедорожную проверку, и в целом они с ней справились. Как ни странно, самым сложным этапом путешествия стало преодоление паромной переправы на реке Дон. В этом году там был аномальный разлив, подобного которому, по словам старожилов, они ещё никогда не видели. В результате этого отголоска глобального потепления рядовой, казалось бы, заезд на паром превратился в штурм крепостного рва, заполненного водой. Хотя, это было символично, ведь одна из главных тем поездки — изучение старых крепостей. Важнейшее преимущество автомобильной экспедиции — мобильность, и маршруты выстраивали так, чтобы участники смогли максимально проработать свои проекты, побывать в намеченных планом местах. В результате удалось реализовать чрезвычайно насыщенную программу и даже сделать небольшие открытия, о которых мы и расскажем.

 

 

Экспедиция Школы культурологии в полном составе

 

ГРАНИЦА ИМПЕРИИ

Одной из тем экспедиции было изучение крепостей и остатков российских оборонительных сооружений периода империи. Ведь граница — это не только место пересечения культур, но и поле постоянной борьбы за территорию и сферы влияния. Границы подвижны и нестабильны. Южные рубежи Российской империи постепенно продвигались в сторону Большого Кавказского хребта в ходе Русско-турецких и Кавказской войн, от которых остались укреплённые линии и отдельные крепости. Особенно это движение заметно при путешествии с севера на юг — сначала встречаются крепости начала XVIII века (в Ростовской области и Ставропольском крае), потом рубежа XVIII–XIX веков (в Северной Осетии и Ингушетии), за ними крепости Кавказской войны, первой половины XIX века (в Дагестане). Всего в ходе экспедиции нам удалось осмотреть порядка 15 крепостей и у каждой из них своя судьба — некоторые стали музеями, другие заброшены. К примеру, Аранинская крепость в Хунзахе единственная из всех используется по первоначальному назначению — в ней до сих пор находится воинская часть, в немногих оставшихся постройках крепости Порт-Петровск (1844 год) — следственный изолятор, в Назрановской крепости (1805 год) — больница. Но первой крепостью, в которой нам удалось побывать, стала крепость Святой Анны (1730–1731 годы), расположенная недалеко от станицы Старочеркасская Ростовской области. Это уникальное, единственное полностью сохранившееся в европейской части России земляное фортификационное сооружение — крепость бастионного типа первой половины XVIII века. При съёмке с квадрокоптера отчетливо видны шесть бастионов и равелины. В связи с окончательным закреплением Азова за Российской империей (1739 год) она быстро потеряла военное значение и благодаря этому так хорошо сохранилась. Сейчас крепость Святой Анны используется как площадка для фестивалей казачьей культуры и служит декорацией для киносъёмок.

 

 

Горные пейзажи поражали своим величием.
Дорога по Приэльбрусью стала для новичков
экспедиции настоящим потрясением

 

Дальнейший маршрут пролегал вдоль оборонительных сооружений Азово-Моздокской укрепленной линии (1777 год), которая была очень важна для расширения влияния империи на юг. Подробные схемы этой линии находятся практически в каждом музее Ставропольского края, существует немало научных публикаций о её укреплениях. Но в реальности от многих крепостей и редутов почти ничего не осталось, и местные жители часто о них ничего не знают. Например, от крепости Святой Марии (недалеко от посёлка Фазанный в Ставропольском крае) остались едва заметные валы посреди засеянных полей. В чёткие очертания бастионов они складываются только при взгляде с птичьего полёта. В Георгиевске (крепость Святого Георгия Победоносца) в доме наместника Кавказа, где был подписан договор о добровольном вхождении Грузии в состав России, находятся конторы и магазин. Зато к 200-летнему юбилею подписания Георгиевского договора о протекторате России над Грузией здесь установлен монумент. Кстати, для современных автомобилистов это событие тоже имело большое значение — именно после подписания этого договора началось строительство Военно-Грузинской дороги.

 

 

Женщины одного из самых древних аварских селений — аула Корода

 

 

У горы Тузлук нам пришлось развернуться — участок
серпантина оказался завален снегом

 

Три самые известные крепости Кавказской войны — Бурная, Внезапная и Грозная. На месте Грозной теперь одноимённый город, от крепости Бурная на горе Тарки-Тау над Махачкалой не осталось никаких следов, а вот земляная крепость Внезапная стала ярким впечатлением и открытием экспедиции. Валы и контурные остатки фундаментов представляют собой осязаемые свидетельства решающих событий Кавказской войны. Гостеприимный Надир, житель деревни Эндирей, который следит за порядком и чистотой на территории бывшей крепости, знает, что это красивое и значимое место, но ему не очень интересна история, так как, по его словам, всё можно найти в интернете. Самый южный крепостной форпост России — Ахтынская крепость. В 1848 году выдержала осаду войск имама Шамиля, имеет статус памятника истории и архитектуры федерального значения и интересна тем, что здесь сохранились не только стены, но и множество построек на территории. До настоящего времени всё пребывает в запустении, но появилась информация о плане создания здесь историко-культурного комплекса, на что мы очень надеемся, потому что некоторые строения (прежде всего крепостная церковь) находятся на грани разрушения. Отправляясь в крепость, обязательно почитайте об истории Ахты — интереснейшего историко-культурного центра Дагестана, а заодно и об истории местных вольных обществ, для обуздания которых крепость и сооружалась. Среди социологов и антропологов во всем мире сейчас чрезвычайно популярна работа Джеймса Скотта «Искусство быть неподвластным. Анархическая история высокогорий Юго-Восточной Азии» (на русском языке книга вышла в 2017 году). Американский антрополог рассматривает в ней историю так называемой Зомии — горной территории Юго-Восточной Азии, которая сегодня поделена границами многих стран региона (Китая, Лаоса, Камбоджи, Таиланда и др.). Согласно основному тезису Скотта, горцы здесь намеренно выбирали стратегию анархической жизни — вне государства и государственного контроля. История дагестанских вольных обществ — Алтыпаринского, Докузпаринского и других — это по сути история отечественной Зомии, страны горцев, в которой местные самоуправляемые сообщества постоянно стремились ускользнуть от контроля государств, претендовавших на их территорию. Это удивительное пространство ещё ждёт своих исследователей, и вполне возможно, теоретикам русского анархизма Михаилу Бакунину и Петру Кропоткину не стоило предаваться утопическим проектам, а нужно было просто отправиться в Дагестан.

 

 

У горы Тузлук нам пришлось развернуться — участок
серпантина оказался завален снегом

 

К сожалению, русские крепости в Дагестане находятся в удручающем состоянии, в отличие от крепостей горцев. Таким образом, память о событиях Кавказской войны здесь жива, но представлена избирательно. И всё же эти заброшенные и забытые крепости являются символом конца войны, умиротворения, окончательного и бесповоротного водворения России на Северном Кавказе. Русские крепости на юге страны, в отличие от многих крепостей на северо-западе (Изборск, Псков и др.), которые уже сегодня являются центрами массового культурного туризма, ещё ждут своей актуализации в качестве объектов историко-культурного наследия. Как мы смогли убедиться, крепостные объекты на юге России могут стать основой для самостоятельных маршрутов в туристических и культурно-просветительских целях.

 

 

У ворот Ахтынской крепости — самой южной на территории страны

 

 

Ритуальное фото посетителей нарзанной галереи в Кисловодске

 

ИЗОБРЕТЕНИЕ ТРАДИЦИИ: КАЙТАГСКАЯ ВЫШИВКА

В своих экспедициях культурологи «Вышки» неизменно уделяют внимание художественным промыслам и ремёслам. В этом году участники продолжили исследования, побывав в крупнейших дагестанских центрах особой культурно-экономической деятельности Кубачи и Унцукуль. Однако в этот раз добавился ещё один проект, посвящённый менее известному промыслу — кайтагской вышивке. Он интересен не только как история возрождения утраченного художественного ремесла, но и тем как взаимосвязаны сегодня глобальная и локальная культуры. Вышивка, распространённая в Кайтагском районе, была впервые описана в середине XX века во время экспедиции советского этнографа Евгения Михайловича Шиллинга: «Большие прямоугольные куски домотканой материи, — писал он, — крашенные в тёмно-синий цвет и вышитые крупной гладью. Орнамент их стар по происхождению. Он даёт солярные и спиральные мотивы, завитки и свастики перекликаются с древней дагестанской петрографикой, встречающейся в кайтагских горных аулах, а также в Аварии…» Возникла она, возможно, уже в XVII веке, но во второй половине XX века древнее искусство окончательно утрачивается. Связано это, видимо, с тем, что вышивка имела исключительно ритуальную функцию: изделия размером с полотенце играли роль своего рода оберега и ритуального предмета, и в наше время, похоже, никто подобным вышиванием не занимался. Однако случилась удивительная история. Нынешний глава Кайтагского района Алим Темирбулатов купил каталог «Кайтаг. Текстильное искусство Дагестана», выпущенный британским коллекционером и исследователем Робертом Ченсинером в Лондоне в 1993 году. Оказалось, что Ченсинер, увлекающийся кавказским «драконовым ковром», увидел в одной из публикаций советских искусствоведов орнаментальную фигуру дракона на кайтагских изделиях. Он отправился в Дагестан и собрал коллекцию кайтагской вышивки, организовал её выставку и выпустил уже упомянутый каталог. И дальше можно рассказать хорошую историю о том, как местная власть в союзе с местной интеллигенцией реализовала проект по возрождению промысла. Библиотекарь села Маджалис Зубайдат Гасанова стала расспрашивать пожилых женщин, искать сохранившиеся образцы вышивки, реконструировать технологию. Организовали учебные курсы в местном культурном центре и в школах района. Активисты возрождения промысла даже получили республиканский грант на поддержку своего начинания. Сегодня вышивке уже обучились сотни человек. Удивительное совпадение, но после завершения экспедиции наши студенты вновь смогли встретиться с мастерицами, с которыми совсем недавно беседовали в Дагестане. В конце мая в выставочном центре «Народная галерея» Государственного Российского Дома народного творчества им. Поленова в Москве открылась экспозиция «Кайтагская вышивка Дагестана». Таким вот причудливым образом память об утраченном промысле была сохранена в Лондоне, вернулась обратно в Кайтагский район, а теперь добралась и до Москвы. Эта история наглядно демонстрирует, что современная локальная культура не только существует, но и обретает новую жизнь и стимулы для более внимательного отношения к своему прошлому, находясь во взаимоотношении с культурой глобальной. Британский искусствовед и коллекционер сыграл здесь весьма важную роль: он определил культурное наследие Кайтага в качестве значимого исторического и символического ресурса, показал, что оно может быть востребовано далеко за пределами места своего возникновения и бытования. И мы надеемся, что возрождённая вышивка найдёт свою нишу на глобальном рынке креативных товаров, где спрос на локальное, самобытное искусство постоянно растёт!

 

 

Даже небывалый разлив Дона не помешал нашим
неудержимым Suzuki преодолеть переправу

 

О НАШИХ МАШИНАХ

Как мы уже сказали, в экспедиции использовались два автомобиля– Suzuki Vitara и Suzuki SX4 и они отлично проявили себя в самых сложных дорожных условиях — в городах, горных аулах, на трассах, грунтовых серпантинах, при преодолении бродов. Известно, что на больших перегонах главное — это безопасность, особенно если речь идёт о студентах. В базовую комплектацию автомобилей входило семь подушек безопасности, что позволило снизить пульс кураторов экспедиции до приемлемых 70 ударов в минуту. Второй, не менее важный фактор в длительной поездке — расход топлива. В среднем он составил около 6 литров на сотню, а на трассе опускался и ниже этого показателя. Кроме того, Vitara имела панорамную крышу-люк, что чрезвычайно радовало молодых пассажиров, как и её контрастная двухцветная окраска. Хороший обзор и комфортная посадка позволяли сменяющим друг друга водителям продолжать движение в любых погодных условиях и днём, и ночью, а остальным получать удовольствие от ландшафтов. Даже при небольшом объёме (1.4 л) турбированный мотор SX4 вполне уверенно справлялся с обгонами на трассе. При этом в том же Дагестане преобладают заправки самых диковинных брендов, неизвестных за пределами республики, но автомобили ни разу не жаловались на качество топлива. Багажники компактных машин вполне достаточны, для того чтобы туда поместились вещи для длительной поездки, включая оборудование палаточного лагеря. В общем, автомобили отлично вели себя в путешествии, сочетая надёжность, проходимость и экономичность, а также создавая комфортную и бодрую атмосферу для молодёжных экипажей.

 

Текст Анастасия Бринцева
Альбина Заверткина
Виталий Куренной

Фотографии и иллюстрации  участников экспедиции

 


Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Отправить другу