• Сегодня: Среда, Июль 17, 2019
 

 
Путешествия   27 апреля 2019   

Кругосветное путешествие Алексея Камерзанова Руанда — Бурунди. Африка

Вообще-то из Кении можно было сразу проехать в Танзанию — быстро, просто и без сложностей. Но мы давно вошли во вкус автопутешествий, и вариант «как проще» нас совершенно не устраивал. Мы подумали: «А не углубиться ли нам в самое сердце Африки? Не сделать ли петлю через Уганду, Руанду, Конго и Бурунди?» Принимая во внимание малую вероятность отправиться в эти страны когда-либо ещё («Вы в Сочи? Зря, мой друг, я вот на майские в Бурунди лечу!»), мы всё-таки решились на петлю. Как-никак несколько новых стран, озеро Виктория, Танганьика, ну и вообще посмотреть, как у них там. Вот только Конго впоследствии пришлось исключить… Но обо всём по порядку. Про Уганду мы рассказали в прошлом выпуске, настала очередь Руанды и Бурунди.

 

РУАНДА

Эта страна ещё долго будет вызывать воспоминания о новостных репортажах середины 1990-х. В голове моментально всплывают кадры с бегущими военными, убитыми, тела которых разбросаны буквально повсюду, лицами, полными скорби, и над всем этим страшное слово «геноцид». Многовековая вражда между двумя этносами хуту и тутси при попустительстве западных держав вылилась в полномасштабную гражданскую войну. Почувствовавшие вкус крови руандийцы с остервенением убивали друг друга ножами, топорами, палками и вообще всем, что попадалось под руку. Счёт погибших шёл на сотни тысяч. С большим трудом мировому сообществу удалось примирить врагов и остановить резню. А сегодня многие называют Руанду африканским Сингапуром, страной приветливой и открытой. Мы решили, что пора проверить это самим, и проложили маршрут прямо через столицу Руанды Кигали.

 

 

Бесконечные чайные поля начались ещё в Кении

 

ГРАНИЦА

Граница Уганды и Руанды оказалась довольно невзрачным местом с десятком металлических помещений, очень похожих на строительные вагончики — казалось, мы приехали на стройку. Это паспортный контроль, таможня и досмотр службы безопасности. Пограничник улыбается и воркует с очаровательной сотрудницей, сидящей рядом. Мы в очередной раз начинаем рассказ о нашей кругосветке. По-английски. Однако буквально через минуту я понимаю, что они говорят: «Nous parlons seulement en française». Тогда и мы переходим на французский язык, на котором я давно не говорил и теперь с большим удовольствием его вспоминаю (Руанда — страна двуязычная, в ходу английский и французский языки). Когда наши Carnet de Passage проштампованы и мы готовы покинуть границу, офицер службы безопасности просит выгрузить вещи для досмотра. Нам давно надоело это занятие, но никакие мольбы не помогают, и мы начинаем таскать сумки. Обычно ничего хорошего это не предвещает, потому что всегда обнаруживается что-то, не вполне разрешённое в конкретно этой стране. Однако после изъятия первой же единицы багажа выясняется, что пограничников не интересуют оружие, техника или запрещённые вещества. Они целенаправленно ищут только одно — полиэтиленовые пакеты! Мы, конечно, знали, что в некоторых странах Африки ввоз полиэтиленовых пакетов официально запрещён, но до сих пор запрет носил исключительно теоретический характер. В Руанде же мы столкнулись с ним в полной мере, и за двадцать минут на столе выросла целая гора изъятых пакетов. Теперь вопросов к нам нет.

 

 

В Руанде дети намного скромнее, чем в Эфиопии —
подходят близко, но ничего не просят

 

Мы ожидали, что страна окажется чистой и аккуратной, но увиденное превосходило все ожидания. Идеальные дороги, разметка, постриженные кусты, сборщики мусора вдоль дорог, садовники. Нам не верилось, что мы едем по африканской глубинке. По обе стороны дороги простирались огромные пространства с зарослями чая и его многочисленными сборщиками. Правда, после нескольких же щелчков камеры сборщики стали просить денег за участие в фотосессии — такая же картина была в Уганде, и она повторится в Бурунди. Кстати, мы продегустировали чай и кофе в Кении, Уганде и Руанде и пришли к выводу, что кофе прекрасен во всех трёх странах, а вот чай оказался пустым и безвкусным. Даже в местные магазины его в большинстве случаев привозят из Индии.

Чёрная лента новой асфальтированной дороги петляет по невысоким горам, то опускаясь, то поднимаясь среди холмов. Всё буквально утопает в зелени разных оттенков — от тёмно-зелёного до ярко-изумрудного. Здесь и ближе к центру Африки и экватору количество осадков огромно. А в сезон дождей сюда лучше и вовсе не попадать — дороги размываются, малярия свирепствует. Полицейских на пути до столицы мы встретили всего дважды, они приветливо кивнули, но останавливать не стали. Хотя и вели мы себя вполне корректно, не нарушая скоростной режим. Руанда — страна небольшая, и через пару сотен километров мы уже приближаемся к её столице. Издалека виден огромный холм с небоскрёбами. Этот холм и есть столица — город Кигали.

 

КИГАЛИ

Дорожное движение в Руанде довольно комфортное — взвешенное и аккуратное. Сам город нас по-настоящему удивил. Высотки, вокзал, чистейшие улицы, вежливые люди. В общем, после всего, что нам довелось видеть, это с трудом укладывалось в голове — действительно Новая Африка, с порядком и цивилизацией. Девушки на ресепшен отеля оказались невероятно привлекательными. Тоненькие, изящные, образованные, модельной внешности, совершенно не похожие на полноватых угандиек с короткими стрижками. Мы щебетали на всех языках и не могли не устроить с ними фотосессию. В Африку активно инвестирует Китай, поэтому значительная часть гостиниц и магазинов управляется бизнесменами из Поднебесной. Да и почти каждый большой действующий бизнес в той или иной мере контролируется китайцами. Мы посетили музей геноцида, где хранятся документальные подтверждения зверств двадцатилетней давности, в том числе настоящие кости и черепа погибших. Скажу сразу, зрелище не для слабонервных. Страшное напоминание о том, куда приводят идеи о превосходстве одной расы над другой.

Уже не первую неделю всю нашу команду преследует серьёзная проблема — разные в разных странах еда и вода, вызывают восстание пищеварительного тракта. Мы вынуждены регулярно пить пробиотики, но это не всегда помогает. В Кигали у меня произошёл срыв — пищевое отравление с высокой температурой. На восстановление ушёл целый день. Кроме того, важно было убедиться, что это не малярия, потому что, если её прозевать, это может иметь фатальные последствия.

 

 

 

Тот самый бурундийский кирпич, который наш коллега
Алексей Климов привёз домой в качестве сувенира

 

 

На всякий случай лучше приветливо помахать рукой
сборщикам чая, иначе за тобой могут погнаться

 


К ГРАНИЦЕ

Топливо в Руанде стоит почти столько же, сколько и в соседних Уганде и Кении — доллар с небольшим за литр. Это, кстати, дешевле, чем в Бурунди, куда мы сейчас направляемся. Поэтому перед границей мы заправляем полные баки, рассчитывая проскочить следующую страну без заправок. В какой-то момент по ошибке едва не зарулили в Конго, которая, вообще-то, была в наших планах — мы хотели заскочить на вулкан Ньирагонго в нацпарке «Вирунга», но за несколько месяцев до нашего приезда там похитили двух английских туристов и убили рейнджера. После этого руководство приняло решение закрыть «Вирунгу» для посещения до конца года, пока военные не закончат операцию по поиску повстанцев и браконьеров. Так что сейчас мы едем в сторону Бурунди.

В центре Африки много озёр. Есть всемирно известные гиганты, такие как Танганьика и Виктория, а есть и поменьше. Между Руандой и Конго находится озеро Киву. Граница между странами проходит прямо по его глади. Озеро пресное и потрясающе чистое, купаться в нём сплошное удовольствие! Для тех, кому интересно, можно сесть на моторную лодку и промчаться вдоль берега. Конечно, в Руанде хватает нацпарков, где можно посмотреть горилл и полюбоваться тропиками, и мы изначально продолжили маршрут по одному из них. Но удивила нас не столько природа, сколько обилие военных на главной дороге. Их там очень много! Постоянно встречаются патрули, вооружённые даже пулемётами. Причём, по рассказам члена нашей команды Миши Романенко, не один год воевавшего в Чечне, эти ребята вооружены не для вида, а для настоящей, эффективной работы. Рядом проходит граница с Конго, и руандийцы очень не хотят, чтобы к ним приходили плохие парни. Вообще, надо признать, для автопутешественника в Руанде немного скучновато. Страна, как я уже говорил, маленькая, и развернуться, по сути, негде. Но так как мы на приключения и не рассчитывали, то и большого разочарования у нас не было. Тем более что впереди была малознакомая страна, которую справочники определяют как «одну из беднейших в мире» — Республика Бурунди.

 

БУРУНДИ

Бужу… Что? «Бурунди — это страна, а Бужумбура — её столица», — терпеливо объясняю я, пока наша команда окончательно не свыкается с мыслью, что мы направляемся в места, названия которых они даже не слышали. Но раз уж мы около Бурунди, то почему бы не заехать. Как ни странно, в Москве есть посольство этой республики, которое за 100 долларов с человека разрешает посещать эту удивительную и малознакомую для россиян страну. «Nous sommes de Russie, ou nous faisons une grande voyage du monde, en voiture», — на границе вновь в ходу французский, и я терпеливо объясняю пограничнику цель нашего визита в Republique du Burundi. Он недоверчиво вертит в руках паспорт с визой и уходит к начальнику выяснять, настоящая ли она. Вскоре становится понятно, что всё хорошо, виза настоящая, мы оплачиваем разрешение на проезд на собственном автомобиле, ставим штампы в Carnet de Passage и выезжаем на шоссе отличного качества.

 

 

Самый популярный способ перемещения грузов в бурундийской
глубинке — носить их на голове

 

 

Бурундийские зацеперы постоянно демонстрировали
нам средний палец, а мы глушили их своими
пневматическими гудками

 

НА ПУТИ В БУЖУМБУРУ

Предварительно изучая страну, мы разыскали информацию, что только 11% бурундийских дорог асфальтированы. Поэтому мы представляли разбитые пыльные глиняные просёлки, ухабы и прочие прелести полудикой Африки. Однако в реальности мы прошли от границы до границы, так и не съехав с асфальта — все основные дороги оказались хорошего качества. Традиционно над дорожной инфраструктурой тут трудятся китайские компании, и в пёстрой толпе темнокожих рабочих обязательно найдётся фигура китайского инженера, контролирующего процесс. Дорожная техника тоже исключительно китайская. В Бурунди широко распространено зацеперство, это когда молодые парни на велосипедах цепляются за грузовик и едут, экономя силы. Кстати, парни оказались не такими уж дружелюбными и постоянно демонстрировали нам средний палец, а мы в свою очередь глушили их пневматическими гудками.

Уже в первый час поездки по стране нас остановила полиция. Находясь на позитиве, я совершил классическую ошибку — заговорил с ними на языке, который они понимают. Остановивший нас полицейский, проверил документы и тут же попросил дать ему денег на еду, ну и купить что-нибудь по хозяйству. Мы настолько отвыкли от дорожной мзды, что даже успели об этом забыть. Понимая, что товарищ просто так не отстанет и документы не отдаст, я вывернул карманы со словами: «Ну вот, это всё, что есть…» В карманах лежали несколько руандийских франков. Взяточник оживился и сказал, что это тоже хорошо, хотя, конечно, лучше бы были бурундийские. Впрочем, за отсутствием таковых он, так и быть, готов принять в дар валюту соседней страны. Эта история многому нас научила, и следующие полицейские остались без заработка. На каждый вопрос мы виновато разводили руками, смотрели друг на друга, пожимали плечами и мычали нечто вроде: «Мммм… нот андерстенд, рашн онли». Кстати, такой подход позже оправдает себя и в Танзании, где мы зафиксировали рекордное количество полицейских.

 

БУЖУМБУРА

Столица Бурунди — Бужумбура, город, в котором решительно нечего смотреть. Ну, то есть, вообще ничего интересного. Обычные офисные здания, лавочки-магазины, аптеки, небольшие рынки, мастерские, граффити на стенах — всё в духе обычного провинциального городка. Правда, мы всё же нашли себе кое-какое развлечение. Оказалось, что фотографировать в этом городе — целое искусство и к концу дня мы выработали относительно безопасную схему создания фотоснимков. Основная проблема заключается в том, что местные вообще не хотят попадать в кадр бесплатно. Поэтому если ты просто шёл пешком и кого-то сфотографировал, у тебя будут вымогать деньги и угрожать. Туристам в такой ситуации проще всего откупиться. Наша же фоторабота выглядела так: автомобиль подъезжает на светофор, окно переднего пассажира открыто, пока горит красный, можно приглядеть подходящий объект съёмки. Фотоаппарат с настроенной короткой выдержкой (всё надо делать быстро) лежит в полной готовности на коленях. И вот объект выбран, водитель приготовился. Загорается жёлтый, я выхватываю фотоаппарат и начинаю скоростную серийную съёмку всего, что успел присмотреть. Это длится 2–3 секунды, пока молодые чёрные парни осознают, что происходит. Вот они уже поднимают глаза, встают, слышатся возмущённые гортанные крики… Десять секунд — и они будут у машины. «Миша, жми!» — кричу я, и мы с шумом уносимся на соседнюю улицу, где всё повторяется заново. К сожалению, более спокойного способа запечатлеть столицу Бурунди мы не нашли.

 

 

В ТАНЗАНИЮ

Путь до границы с Танзанией проходит по деревенской глубинке, и иностранцы — здесь диковинка. Бурундийцы очень любят носить всё на голове. Женщины при виде камеры чаще всего закрывают лица. Дети же открыты для общения, но не прочь получить немного «мани». Наш коллега Эльшан, будучи нумизматом со стажем, методично проверяет все банки страны на новые купюры — для коллекции он собирает именно их. В очередной деревне мы останавливаемся и ждём Эльшана, которому не хватает новой сотни франков. В Африке старые купюры изнашиваются до такой степени, что их страшно брать в руки. Его нет уже 15 минут, и мы начинаем волноваться. Идём на поиски, и в сотне метров обнаруживаем толпу жителей. Чутьё нас не обмануло — в её центре Эльшан. Он строит чернокожее население и делает бесконечные фото. Как оказалось, он вышел из банка и решил сделать селфи с местными, но они оказались даже слишком отзывчивыми, и с каждой минутой их становилось всё больше и больше. Разумеется, вновь прибывшие просили сфотографироваться и с ними. За этим занятием мы и застали Эльшана. С трудом вырвав его из толпы, активно жестикулируя, мы вернули водителя на место. Можно ехать дальше.

Магнитики на холодильник? Сувениры из лавки? Это банально! Алексей Климов, например, в качестве сувенира взял бурундийский кирпич. Да-да, настоящий строительный кирпич! Вдоль дороги нам периодически попадались стопки кирпичей домашнего обжига, и Алексей не смог устоять. Думаю, что из 140 миллионов российских жителей он единственный, у кого дома есть hand-made кирпич из Бурунди. К вечеру мы добрались до объединённого КПП Бурунди и Танзании. Всё очень удобно и современно. Фактически, это одна граница, где в первом окошке ставят штампы о выезде из Бурунди, во втором — штампы о въезде в Танзанию. Виза покупается на месте. Таким образом, уже на закате мы попадаем в 25-ю страну нашей кругосветки. Её название образовано от наименований озера ТАНганьика и острова ЗАНзибар. Мы в Танзании! 

 

Текст Алексей Камерзанов
Фотографии Автора и участников экспедиции

 


Ваш email адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы должны использовать эти HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Отправить другу