• Сегодня: Пятница, Сентябрь 20, 2019
 

 
Путешествия 1 комментарий   23 июня 2019         

Кругосветное путешествие Алексея Камерзанова. Танзания

Первые полторы сотни километров по Танзании мы проехали неспешно, поднимаясь и опускаясь с одного холма на другой. В таком темпе мы рассчитывали добраться до какого-нибудь городка и остановиться в нём на ночлег. Но неожиданно комфортное движение закончилось, и мы едва успели затормозить перед тем, как колёса идущего впереди пикапа влетят в глубокую яму. Всё выглядело так, будто про этот отрезок дороги просто забыли. Какое-то время мы лелеяли надежду, что «спецучасток» скоро закончится, но прошёл час, другой, третий, и ничего не изменилось: мы продолжали ползти в плотной пыльной завесе от встречного транспорта, пытаясь объезжать рытвины, а скорость не превышала 20–30 км/ч. Небольшая вынужденная остановка превратилась в приключенческий фильм. Едва мы припарковались на краю дороги и вышли из машин, как перед нашей колонной затормозил потрёпанный внедорожник Toyota, из которого вывалились парни в гражданской одежде с автоматами Калашникова в руках. Путешествуя по Африке, я заметил, что чувство страха при виде вооруженных людей медленно, но верно исчезает, ну или по крайней мере притупляется. Единственная мысль: «Интересно, чего они будут просить?»

 

— Добрый вечер, вы кто?

— Мы путешественники из России, едем в сторону Килиманджаро.

— Здесь останавливаться нельзя, это неспокойный район, садитесь и езжайте до Ньяканази, там начинаются безопасные места.

— Спасибо, ребята, а вы кто такие? — удивленно спросил я.

— Мы полицейские, следим за порядком на этой дороге. Поэтому давайте по машинам и езжайте вперёд. Мы не хотим, чтобы с вами что-то случилось.

 

Ну раз так, то через пару минут мы уже грохотали в направлении безопасного Ньяканази, который на поверку оказался довольно мрачным местом. Если верить нашей походной программе, это деревня, где останавливаются дальнобойщики и где единственно возможное пристанище — это хостелы. Да, похоже, тут та ещё глушь! Пара местных так называемых отелей весьма унылы, а в одном из них к тому же нет ни воды, ни электричества (при этом что следующий городок только через 200 км). Но окончательно желание здесь остановиться пропало после того, как мы зашли в кафе. В заведении стоял полумрак, и мы не сразу поняли, сколько в нём посетителей. Уже внутри выяснилось, что их тут больше сотни, просто из-за тёмной кожи их сложно рассмотреть — видны только силуэты и белые зубы. Все они дружно обернулись и принялись внимательно разглядывать «мзунгу» (белых), отчего нам почему-то стало не по себе. Мы хотели купить у хозяина готовый рис, потому что больше нас ничего не привлекало, но нашему коллеге Эльшану, как настоящему ресторатору, пришла в голову идея: «Я всё придумал, садимся в машины и едем на заправку. Потом всё расскажу». План был до гениальности прост и эффективен: на выезде стояла большая заправка с огромной ярко освещённой территорией, на которой мы и расположились. Открылись крышки грузовых отсеков, на них появились газовая плита, сковородка, посуда — и уже через 20 минут мы нахваливали Эльшана за родную жареную картошку с тушёнкой, и это всё он успел приготовить буквально за несколько минут.

 

 

Всё с чем не смогли справиться в «Тойота Танзания», в клубном
сервисе местных джиперов сделали за полтора часа

 

 

Мойка в сервисе танзанийских джиперов

 

А ночевать всё-таки пришлось в следующем городе — Уширомбо, где был найден вполне приличный мотель с очень колоритным охранником. Перед сном, ближе к двум ночи, я вышел проверить машины и замер в недоумении. Передо мной стоял человек с луком и стрелами!

 

— Э‑э-э, брат, ты тут охраняешь? А лук и стрелы настоящие?

—  Охраняю! Конечно, настоящие, вот пощупай.

 

Холодный и острый металл убедил меня в том, что парень не шутит и что такая охрана всё же лучше, чем её отсутствие.

 

ПРО ПОЛИЦИЮ

Следующий день начался со встречи с полицией. В первой же деревне нас тормознули люди в белоснежной униформе, которую мы уже видели на полицейских в соседней Уганде. На въезде в посёлок стоял радар, фиксирующий скорость, а заодно щёлкающий фотографии. В отличие от наших населённых пунктов максимальная скорость в Танзании — 50 км/ч, а Эльшан ехал почти 70. Штраф мы, конечно, уплатили, но решили применять новую тактику — языковой троллинг. Полиции становилось всё больше, и, похоже, это могло превратиться для нас в большую проблему — через каждые 10–15 км стояли стражи порядка. Иногда было не совсем понятно, где начинался населённый пункт, но улыбчивые загорелые люди в белых одеждах всегда готовы об этом рассказать. Вот только как? Мы-то теперь притворяемся, что не говорим по-английски. Вообще!

 

—  Sir you committed an offence, speed limit is 50, you were driving 83. (Сэр, вы нарушили скоростной режим, здесь ограничение — 50 км/ч, а вы ехали 83).

—  Э‑э‑э… но инглиш! Рашн! Ай эм рашн! — радостно отвечаем мы c чудовищным акцентом.

 

Полицейский продолжает в деталях описывать нарушение, но наши удивлённые лица, пожимания плечами и фразы между собой типа «Миш, а чего он хочет?» окончательно сбивают с толку блюстителей закона. Когда переговоры заходят в тупик, приглашается напарник, и они уже вдвоём продолжают объяснять, что, собственно, произошло и что нужно уплатить 30 000 танзанийских шиллингов (15 долл. США). При этом добродушные и растерянные провинциальные полицейские допускают одну грубейшую ошибку — они не просят документы, а упорно пытаются разъяснить суть нарушения: указывают на спидометр, на знаки, изображают аварии и даже могильные крестики. В ответ мы только улыбаемся: «Отель «Дар-эс-Салам», Танзания гуд». Обычно копы устают и отступают. Не могу сказать, что нам это нравится, но штрафовать на пустой дороге за несуществующее, на наш взгляд, нарушение (знака ограничения или населённого пункта чаще всего просто нет) тоже неправильно.

 



 

Большая часть дорог оказалась отличного качества

 

Правда, позже, когда мы приедем в Дар-эс-Салам, такой подход перестанет работать, потому что тамошние сотрудники дорожной полиции куда опытнее. Первым делом они забирают документы, а потом уже начинается вымогательство. К примеру, вы проехали на жёлтый и, как выясняется, совершили грубейшее нарушение. В табеле о наказаниях, кстати, весьма странно очерчены границы санкций за несоблюдение правил. Например, за проезд на жёлтый сигнал светофора можно получить или штраф, или срок до двух лет. Такая широкая вилка само собой приводит только к одному — вымогательству взяток. Кстати, аппетиты местных полицейских вполне можно снижать в шесть раз.

 

ВНУТРИ ТАНЗАНИИ

Арабы оставили заметный след почти на всём Восточном побережье Африки. Собственно, язык суахили, на котором говорят в большей части этого региона, имеет арабское происхождение и часто на слух можно уловить знакомые нам арабские слова. Особенно числительные. Женщины в глубинке ходят по улице в хиджабах, стесняются фотоаппарата, но выглядят при этом весьма колоритно. Даже ученицы школ одеты прилежно и аккуратно, с соблюдением строгих исламских традиций.

 

 

В центре «Города мира» Дар Эс Салама

 

В самом начале этапа, когда один из членов нашей команды Сергей Зарипов собирался присоединиться к проекту, его машину нужно было доставить в порт Момбаса в Кении. Зная о том, что вещей в машине, плывущей в контейнере, должно быть минимум, он положил только самое необходимое и прихватил футбольный мяч. Он планировал отдать его местным детям, которым он нужен больше всего. И на пути к Килиманджаро такой шанс представился. Солнце клонилось к закату, когда, проезжая очередную деревню, мы увидели детей, гоняющих что-то по полю. Остановившись, мы выяснили, что они играют… полиэтиленовыми пакетами! Настал момент, когда подарок нужно было вручить тому, кому он и предназначался. Первое время ребята не могли понять, чего мы от них хотим — просто показать, что у нас есть мяч или поиграть с ними. Но когда они поняли, что мяч останется у них, радости не было предела. Ещё четверть часа мы снимали искреннюю детскую радость и чувствовали себя невероятно счастливыми, оттого что сделали их жизнь хоть немного лучше.

Гора Килиманджаро — место знаковое, высочайшая вершина африканского континента. Впервые она была покорена в 1889 году немецким путешественником Гансом Мейером вместе с австрийским альпинистом Людвигом Пурчеллером. О её красоте местные племена слагали легенды, а снег на африканской вершине являлся настоящим чудом. Интересна она ещё и тем, что относительно легка для восхождения (90% удачных подъёмов), и по пути наверх альпинисты преодолевают все климатические зоны планеты. Полноценное восхождение занимает примерно неделю, но у нас её не было. Поэтому мы решили просто подъехать к основанию и полюбоваться открывающимся видом, но, к нашему огромному сожалению, вершина была затянута тучами.

 

ДАР-ЭС-САЛАМ

На берегу Индийского океана, прямо напротив Занзибара, находится «Город мира», именно так переводится с арабского Дар-эс-Салам. Он был основан в XIX веке и сейчас выглядит достаточно внушительно — с широкими шоссе, небоскрёбами, портом и населением более 4 миллионов человек. С момента пересечения танзанийской границы наши внедорожники чувствуют себя отлично. Поломок практически нет, за исключением всяких мелочей: на машине Эльшана сгорела рация, а у меня пропал стоп-сигнал. Правда, это случилось ещё в Бурунди. Разумеется, первым делом мы поменяли предохранитель, но он тут же сгорел, а за ним и ещё один. Похоже на короткое замыкание, но искать его нужно на полноценном сервисе, потому что это потребует частичного разбора салона нашего Hilux. В «Тойота Танзания» операция по устранению замыкания заняла целый день и обошлась в 150 долларов. Но езда без стоп-сигналов опасна, и мы согласились на расходы, лишь бы привести машину в порядок. Уже вечером мы забрали её и поехали в отель. Однако через полчаса стоп-сигнал снова погас. Сервис-центр к тому моменту был закрыт, а завтра суббота, и никто не работает. Значит, придётся перенести ремонт на апрель. Тем более что в Дар-эс-Саламе закончился пятый этап нашей кругосветки, и нужно было где-то оставить машины. Российский культурный центр готов был помочь, но у него физически не было места для размещения четырёх подготовленных внедорожников. Зато его сотрудники согласились взять на хранение мою большую камеру и квадрокоптер. Мне не хотелось возить их в Новосибирск и обратно. Много сложностей, да и вероятность, что коптер отберут на границе, слишком велика. 

 

 

Вдоль дороги тянутся бескрайние фермерские поля

 

 

Женщины в глубинке ходят в хиджабах, стесняются фотоаппарата,
но выглядят при этом весьма колоритно

 

В Посольстве Российской Федерации нас тоже встретили радушно, и мы побеседовали с послом Юрием Федоровичем Поповым, но проблема с парковочными местами осталась открытой. После тщательного исследования окрестностей выяснилось, что оверлендеры (иностранные путешественники) паркуют свои машины на территории First Pentecostal Church (Первая церковь пятидесятников) и неплохо об этом месте отзываются. Правда, стоит это удовольствие не так дешево – 5 долларов за день парковки с машины. Помимо места для стоянки возник и ещё один важный вопрос – таможенный режим. На границе таможенники ставят максимально разрешённый срок пребывания – два месяца, а мы планировали оставить автомобили на полгода, до следующего этапа. На все наши просьбы увеличить срок пребывания нам ответили отказом и посоветовали ехать в центральную таможню Дар-эс-Салама. Написав длинное официальное письмо с просьбой разрешить нам парковку до апреля (точно так же мы делали в Эфиопии), мы в течение дня ходим из кабинета в кабинет, а после обеда попадаем на приём к начальнику, который сразу отвечает, что это невозможно. Я аккуратно ставлю его на место, делая акцент на том, что законодательство Танзании допускает пребывание временно ввезённых транспортных средств на срок до одного года при условии согласия таможенных органов. Чиновник хмурит брови, вновь читает письмо, перезванивает в отдел и просит подойти ближе к концу рабочего дня. За десять минут до закрытия мы получаем вожделенный документ, дающий нам право оставить машины аж до конца августа! То есть на срок максимально допустимый нашим Carnet de Passages. Дело сделано, и уже следующим утром мы паркуем машины под навесом на церковной территории – пусть отдохнут, ведь дальше будет много работы. Забегая вперёд скажу, что отдых в очень влажном морском климате не пройдёт без последствий – на нашем Hilux по возвращении мы обнаружим неработающий стартер и потратим несколько дней, чтобы привести его в рабочее состояние. На официальном сервисе порекомендуют замену на новый и откажутся что-либо ремонтировать, но нас выручат танзанийские джиперы, в гаражах которых все проблемы решатся за полтора часа. 

В марте 2019 года на Юго-восточное побережье Африки придёт мощный тропический циклон «Идай», который принесёт огромное количество воды, жертв и разрушений в Мозамбик, Малави и Зимбабве. Некоторые города будут полностью затоплены, смыты мосты, гравийные участки дорог подвергнутся сильной эрозии, вспыхнут очаги тифа и холеры. А нам в конце апреля придётся ехать именно по этим территориям. И первая страна на пути следующего этапа — Мозамбик. Похоже, будет интересно!

 

Текст Алексей Камерзанов
Фотографии Автора и участников экспедиции

 


  • Михаил Ответить
    3 месяца назад

    Интересное путешествие, но полтинник с лишним за хранение…
    Ну, впрочем, овёс, похоже, нынче везде дорог…..

Ваш email адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы должны использовать эти HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Отправить другу